НИКОЛАЙ ПУНИН. ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ ЛЮБВИ В КВАРТИРЕ, ГДЕ ЖИЛА ЕГО ЖЕНА

Если отношения с Гумилёвым были романом,

а с Шилейко — интеллектуальной дуэлью,

то Николай Пунин — это уже семейная война на истощение.

Без красивого венчания.

Без Парижа.

Без Африки.

Зато с общей кухней.

Бывшей женой.

Дочерью.

Сыном Ахматовой.

Ревностью.

Обыском.

Арестами.

И пятнадцатью годами, когда несколько взрослых людей пытались жить внутри конструкции, которую нормальной семьёй назвать довольно трудно.

ПУНИН НЕ БЫЛ «МУЖЕМ АХМАТОВОЙ»

Он вообще официально на ней не женился.

Николай Николаевич Пунин родился в 1888 году.

Историк искусства.

Критик.

Преподаватель.

Одна из ключевых фигур русского художественного авангарда.

Работал в Русском музее, преподавал в Академии художеств и университете, был связан с Малевичем, Татлиным и другими художниками новой эпохи. Большая российская энциклопедия называет его одной из ключевых фигур авангарда.

То есть Ахматова снова выбирает не случайного мужчину.

Она выбирает очень сильный интеллект.

Но есть проблема.

У сильного интеллекта уже существует семья.

В КВАРТИРЕ УЖЕ ЖИЛА АННА

Причём её тоже звали Анна.

Анна Евгеньевна Аренс.

Первая жена Пунина.

Мать его дочери Ирины.

19 октября 1922 года Ахматова впервые приходит в квартиру Пунина.

Между ней и хозяином начинается чувство.

И далее происходит вещь, которую сегодня любой семейный психолог использовал бы как учебное пособие под названием:

«Никогда так не делайте».

Пунин не расстаётся с первой женой.

Ахматова не исчезает.

Аренс продолжает жить в доме.

В 1926 году туда окончательно переезжает и Ахматова. Музей Фонтанного Дома прямо говорит о любовном треугольнике и о вынужденном «дружеском стиле» совместного существования.

Получается фантастическая семья.

Анна первая.

Анна вторая.

Николай.

Дочь Ирина.

Позднее в эту систему входит Лев Гумилёв.

И всё это — не богемный эксперимент на одну ночь.

Они так живут.

Годами.

КТО КОГО ТАМ РЕВНОВАЛ?

Все.

Пунин был чрезвычайно ревнив.

И здесь документы становятся особенно интересными.

В его дневниках начала 1920-х сохранились мучительные записи о Михаиле Циммермане, с которым общалась Ахматова. Пунин пытается убедить себя, что не имеет права запрещать ей встречи, одновременно боится, что другой мужчина станет её любовником.

Это уже не легенда.

Это мужчина, буквально наблюдающий собственную ревность на бумаге.

А Ахматова не была женщиной, которая облегчала подобные страдания.

Ей нравилось мужское внимание.

Она поддерживала отношения с людьми своего прошлого.

Рядом появляется молодой Павел Лукницкий — биограф Гумилёва, проводящий с ней огромное количество времени.

И Пунин ревнует.

Позднейшие публикации дневников Лукницкого дали основания говорить, что их отношения с Ахматовой могли перейти далеко за пределы биографических бесед. Насколько далеко — предмет отдельного спора, но сам любовный фон вокруг Ахматовой отрицать трудно.

Представьте положение Пунина.

Он живёт с первой женой.

Любит другую женщину.

И мучительно ревнует эту другую женщину к третьему мужчине.

Человек сам построил лабиринт — и возмущается тем, что не может найти выход.

«АНЕЧКА, ПОЧИСТИТЕ СЕЛЁДКУ»

Есть известное воспоминание, связанное с Пуниным.

Когда вокруг Ахматовой возникал слишком торжественный тон, он будто бы намеренно возвращал её на землю чем-то бытовым вроде:

«Анечка, почистите селёдку».

Лидия Чуковская передавала подобные рассказы о том, как Пунин сознательно сбивал ощущение ахматовского величия бытовой репликой.

Можно увидеть в этом юмор.

Мужчина не желает жить с памятником.

Вполне здоровая реакция.

Но можно увидеть и другое.

Мелкое унижение.

Попытку напомнить женщине, которая для окружающих уже великая Ахматова:

здесь ты всего лишь Анечка.

Селёдка лежит.

Иди чисти.

Рассказывают и ещё более жёсткую фразу — будто Пунин однажды назвал её поэтом исключительно «местного царскосельского значения». Она также дошла до нас через мемуарную передачу, поэтому воспринимать её как стенограмму семейной сцены следует осторожно.

Но сама атмосфера становится понятна.

Он не хотел преклоняться.

Она не собиралась становиться обычной женщиной.

А быт требовал именно обычных людей.

И ТАМ ЖЕ ЖИЛ ЛЕВ

Самая болезненная часть этой истории — сын Ахматовой.

Лев Гумилёв.

Отношения Льва с матерью и без того были сложными.

А теперь он оказывается в доме другого мужчины.

У этого мужчины есть собственная дочь.

И вокруг семейного быта возникает ещё одна мемуарная история: Пунин якобы мог подчёркивать преимущество собственной дочери Ирины перед Львом даже в мелочах, вплоть до еды. Эта история широко пересказывается, но относится именно к мемуарному слою, а не к документально проверяемой стенограмме семейного ужина.

Тем не менее напряжение было реальным.

Можно себе представить, что чувствовал Лев.

Его отец расстрелян.

Мать живёт с другим мужчиной.

Рядом семья этого мужчины.

И сам Лев должен найти своё место в этой системе.

Через несколько лет и Лев, и Пунин окажутся в руках государства.

И тогда вся прежняя бытовая ревность внезапно станет почти неважной.

1935. АРЕСТОВЫВАЮТ ОБОИХ

В 1935 году арестовали Николая Пунина и Льва Гумилёва.

Ахматова и Анна Аренс — две женщины одного мужчины — вместе ожидают возможного обыска и сжигают в печи письма, фотографии и документы.

Вот это уже почти невозможно придумать.

Бывшая жена.

Возлюбленная.

Обе спасают семейный архив.

Государство сделало то, чего не могла сделать любовь:

на несколько часов превратило их в одну семью.

Пунин тогда вышел.

Но страх остался.

А ЛЮБОВЬ УЖЕ ЗАКАНЧИВАЛАСЬ

К концу 1930-х их отношения разрушились.

В 1938 году, после примерно пятнадцати лет союза, Ахматова и Пунин расстались.

Казалось бы:

всё.

Уходи.

Закрывай дверь.

Начинай другую жизнь.

Только куда?

Они продолжали жить в Фонтанном Доме.

В разных комнатах.

Бывшие любовники, вынужденные встречаться в коридорах собственного прошлого.

Это, пожалуй, гораздо страшнее красивого развода.

Нельзя даже превратить человека в воспоминание.

Он находится за стеной.

А ПОТОМ ПУНИНА УВЕЛИ НАВСЕГДА

В 1949 году Николая Пунина арестовали снова.

На этот раз он домой не вернулся.

После его ареста кабинет занял сотрудник НКВД.

Пальто Пунина осталось висеть в прихожей Фонтанного Дома.

В 1953 году он умер в лагерной больнице в Абези.

Похоронили его в безымянной могиле под номером.

И вот тогда происходит страшная перемена смысла.

Мужчина, с которым Ахматова пятнадцать лет ругалась.

Который ревновал.

Который раздражал.

Которого она больше не любила так, как прежде.

Вдруг становится ещё одним человеком, которого у неё отняла эпоха.

Гумилёв — расстрелян.

Пунин — умер в лагере.

Лев — в лагере.

И рядом с Ахматовой остаются пустые комнаты.

Возможно, поэтому история Пунина особенно трагична.

Большая любовь закончилась задолго до смерти.

Но боль пережила любовь.

ФРАГМЕНТ СПЕКТАКЛЯ

АННА: Николай, скажи, почему мы не могли завести нормальную человеческую семью?

ПУНИН: Мы?

АННА: Мы.

ПУНИН: Аня, в нашей квартире жила моя жена.

АННА: Вот именно.

ПУНИН: И моя дочь.

АННА: Вот именно!

ПУНИН: Потом приехал твой сын.

АННА: Ты сейчас перечисляешь людей или оправдываешься?

ПУНИН: Я пытаюсь объяснить тебе архитектуру катастрофы.

АННА: Ты искусствовед. Не архитектор.

ПУНИН: Зато пятнадцать лет изучал один чрезвычайно сложный памятник.

АННА: Меня?

ПУНИН: Нашу семью.

АННА: Семью! Наконец-то ты произнёс это слово.

ПУНИН: Не радуйся. Очень плохой памятник.

АННА: Почему ты не ушёл от жены?

ПУНИН: Почему ты согласилась жить с мужчиной, который не ушёл от жены?

Пауза.

АННА: Ненавижу тебя.

ПУНИН: Это не ответ.

АННА: Я тебя любила.

ПУНИН: Уже лучше.

АННА: А ты меня?

ПУНИН: Ты знаешь.

АННА: Я хочу услышать.

ПУНИН: Любил.

АННА: Тогда почему всё время старался меня унизить?

ПУНИН: Потому что все остальные слишком старательно тебя возвеличивали.

АННА: Значит, селёдка была педагогическим методом?

ПУНИН: Аня…

АННА: «Анечка, почистите селёдку».

ПУНИН: Ты помнишь?

АННА: Николай, женщины прекрасно помнят всё, за что мужчина потом рассчитывает получить амнистию.

ПУНИН: А ты помнишь, как я ревновал?

АННА: К кому именно? Список длинный.

ПУНИН: Вот видишь.

АННА: Ты жил со своей женой!

ПУНИН: А ты встречалась с другими мужчинами!

АННА: Потому что ты жил со своей женой!

ПУНИН: А я жил с женой, потому что…

АННА: Ну?

Пунин замолкает.

АННА: Потому что что?

ПУНИН: Потому что я был трус.

Пауза.

АННА: Вот это я хотела услышать двадцать лет.

ПУНИН: Поздравляю. Дождалась.

АННА: А я?

ПУНИН: Что — ты?

АННА: В чём была моя вина?

ПУНИН: Ты приходила в каждый дом как гостья.

АННА: И?

ПУНИН: А требовала, чтобы тебя любили как хозяйку.

Пауза.

АННА: Жестоко.

ПУНИН: Ты же просила правду.

АННА: И всё-таки… почему мы столько лет не уходили друг от друга?

ПУНИН: Потому что в молодости уходят, когда перестают любить.

АННА: А потом?

ПУНИН: Потом понимаешь, что этого недостаточно.

АННА: Николай…

ПУНИН: Что?

АННА: Когда тебя увели в последний раз, твоё пальто осталось висеть в прихожей.

Пунин молчит.

АННА: Я проходила мимо него.

Каждый день.

И всё думала: сейчас ты вернёшься.

Хотя мы давно уже не были вместе.

ПУНИН: Аня…

АННА: Вот этого я тебе никогда не простила.

ПУНИН: Чего?

АННА: Что ты не вернулся.